Докладная записка генерал-адъютанта А.Р. Дрентельна Александру II о допросах народовольцев А.А. Квятковского и В.Н. Фигнер.

14 февраля 1880 г.
Государственный архив Российской Федерации
Ф. 102. 3 эксп. 1880. Д. 168. Ч. 1. Л. 81–83 об.

21х35 см.

Вверху листа рукой Александра II написано карандашом: «Сообщить гр[афу] Лорис-Меликову». Ниже расшифровка царской резолюции: «Собственною его величества рукою начертано карандашом: "Сообщить гр[афу] Лорис-Меликову". 14 февраля 1880 г. Генерал-адъютант Дрентельн». Ниже на полях помета карандашом: «Было сообщено».

«12 и 13 февраля по делу о взрыве в Зимнем дворце Его императорского величества были допрашиваемы дочь капитана Евгения Николаева Фигнер и дворянин Александр Квятковский.

Лица эти, не признав себя виновными в каком-либо участии в преступном злоумышлении 5 февраля, сделали интересные разоблачения относительно современной деятельности революционной партии, ее планов и надежд.

Фигнер, сознаваясь в принадлежности к наиболее крайней фракции русских революционеров, на вопрос о том, как давно ее противоправительственная деятельность получила такое резкое направление, объяснила, что она присоединилась к кружку террористов в самое недавнее время под влиянием выработавшегося у нее убеждения о невозможности действовать среди народа. Такое убеждение составилось у нее путем опыта, так как, живя в различных селениях Самарской и Саратовской губерний, она пришла к заключению, что всякая пропаганда в народе оказывается бесплодной, частью по неподготовленности его, частью вследствие придирчивого отношения местных властей, преимущественно же урядников, ко всем честным деятелям в крестьянской среде.

Ввиду принимаемых правительством мер к охранению крестьян от влияния на них лиц, недовольных существующим порядком, последним остается только открытая борьба с государственной властью или в видах ниспровержения ее, или с тем, чтобы принудить правительство к такого рода уступкам, которые дали бы возможность снова начать прерванную в народе работу.

Квятковский пошел еще дальше в сообщении сведений относительно ближайших задач, преследуемых в настоящее время людьми одного с ним образа мыслей. По его объяснению, летом нынешнего года окончательно определилась рознь во взглядах на средства борьбы с правительством между лицами, стремящимися к ниспровержению существующего государственного и общественного порядка.

Одни из них, так называемые "народники", считают задачей революционной партии действовать среди крестьян, развивать пробуждающееся в народе сознание его бедственного положения и направлять его стремления на ближайшие цели, каковыми каждому крестьянину должны представляться: увеличение земельного надела, уменьшение податей и устранение гнета со стороны полицейского начальства. Лица этого направления полагают, что в настоящее время мирная пропаганда среди крестьян подобных идей создаст в будущем из народа такую силу, в борьбе с которой правительственная власть или падет, или должна будет пойти на уступки.

Другие, принявшие название "террористов", признают возможным работать над созданием иного государственного и экономического строя только среди городского населения. Революционеры последнего оттенка предполагают или, устрашив власть рядом смелых и решительных действий, поставить ее в необходимость созвать учредительное собрание, или вызвать открытое восстание, подготовив к нему города, преимущественно же столицу, путем агитации во всех слоях населения.

Литературным органом народников должен был явиться «Черный Передел», для истолкования же воззрений противоположной партии начато было издание «Народной Воли». К числу взглядов, проводимых этим изданием, относится одобрение политических убийств и иных насильственных мер, практическое осуществление коих входит в круг обязанностей чинов террористической фракции.

Кроме приведенных общих указаний о деятельности революционной партии, в показании Квятковского встречаются сведения, полезные для производящихся ныне дознаний.

Таким образом, признавая свое участие в качестве корректора в издании «Народной Воли», Квятковский говорит о сношениях своих с теми лицами, которые арестованы при обнаружении первой тайной типографии, и даже делает попытку одному из них, именно застрелившемуся, приписать принадлежность найденных у него, Квятковского, при обыске чертежей Зимнего Дворца, объясняя, что чертежи эти могли быть принесены к нему умершим.

Кроме того, Квятковский признает и знакомство свое с Батышковым, утверждая, что познакомился с ним на сходках рабочих, происходивших в конце 1877 года на Астраханской улице, куда Батышков, работавший в это время на Голубевском литейном заводе, явился под именем Степана Батурина. Из дальнейших объяснений Квятковского по поводу Батурина следует заключить, что последний, будучи крестьянином Нижегородской губернии, несколько лет жил в Петербурге и был одним из усердных посетителей сходок, при этом он, впрочем, в большинстве случаев молчал, производя впечатление человека угрюмого и не особенно развитого.»

Докладная записка генерал-адъютанта А.Р. Дрентельна Александру II о допросах нар

Докладная записка генерал-адъютанта А.Р. Дрентельна Александру II о допросах народовольцев А.А. Квятковского и В.Н. Фигнер.

14 февраля 1880 г.

ГА РФ. Ф. 102. 3 эксп. 1880. Д. 168 Ч. 1. Л. 81.

_______
 

Вверху листа рукой Александра II написано карандашом: «Сообщить гр[афу] Лорис-Меликову». Ниже расшифровка царской резолюции: «Собственною его величества рукою начертано карандашом: "Сообщить гр[афу] Лорис-Меликову". 14 февраля 1880 г. Генерал-адъютант Дрентельн». Ниже на полях помета карандашом: «Было сообщено».
 

«12 и 13 февраля по делу о взрыве в Зимнем дворце Его императорского величества были допрашиваемы дочь капитана Евгения Николаева Фигнер и дворянин Александр Квятковский.

Лица эти, не признав себя виновными в каком-либо участии в преступном злоумышлении 5 февраля, сделали интересные разоблачения относительно современной деятельности революционной партии, ее планов и надежд.

Фигнер, сознаваясь в принадлежности к наиболее крайней фракции русских революционеров, на вопрос о том, как давно ее противоправительственная деятельность получила такое резкое направление, объяснила, что она присоединилась к кружку террористов в самое недавнее время под влиянием выработавшегося у нее убеждения о невозможности действовать среди народа. Такое убеждение составилось у нее путем опыта,»

Докладная записка генерал-адъютанта А.Р. Дрентельна Александру II о допросах нар

Докладная записка генерал-адъютанта А.Р. Дрентельна Александру II о допросах народовольцев А.А. Квятковского и В.Н. Фигнер.

14 февраля 1880 г.

ГА РФ. Ф. 102. 3 эксп. 1880. Д. 168 Ч. 1. Л. 81об.

_______

«так как, живя в различных селениях Самарской и Саратовской губерний, она пришла к заключению, что всякая пропаганда в народе оказывается бесплодной, частью по неподготовленности его, частью вследствие придирчивого отношения местных властей, преимущественно же урядников, ко всем честным деятелям в крестьянской среде.

Ввиду принимаемых правительством мер к охранению крестьян от влияния на них лиц, недовольных существующим порядком, последним остается только открытая борьба с государственной властью или в видах ниспровержения ее, или с тем, чтобы принудить правительство к такого рода уступкам, которые дали бы возможность снова начать прерванную в народе работу.

Квятковский пошел еще дальше в сообщении сведений относительно ближайших задач, преследуемых в настоящее время людьми одного с ним образа мыслей. По его объяснению, летом нынешнего года окончательно определилась рознь во взглядах»

Докладная записка генерал-адъютанта А.Р. Дрентельна Александру II о допросах нар

Докладная записка генерал-адъютанта А.Р. Дрентельна Александру II о допросах народовольцев А.А. Квятковского и В.Н. Фигнер.

14 февраля 1880 г.

ГА РФ. Ф. 102. 3 эксп. 1880. Д. 168 Ч. 1. Л. 82.

_______
 

«на средства борьбы с правительством между лицами, стремящимися к ниспровержению существующего государственного и общественного порядка.

Одни из них, так называемые "народники", считают задачей революционной партии действовать среди крестьян, развивать пробуждающееся в народе сознание его бедственного положения и направлять его стремления на ближайшие цели, каковыми каждому крестьянину должны представляться: увеличение земельного надела, уменьшение податей и устранение гнета со стороны полицейского начальства. Лица этого направления полагают, что в настоящее время мирная пропаганда среди крестьян подобных идей создаст в будущем из народа такую силу, в борьбе с которой правительственная власть или падет, или должна будет пойти на уступки.

Другие, принявшие название "террористов", признают возможным работать над созданием иного государственного и экономического строя только среди городского населения. Революционеры послед[него]»

Докладная записка генерал-адъютанта А.Р. Дрентельна Александру II о допросах нар

Докладная записка генерал-адъютанта А.Р. Дрентельна Александру II о допросах народовольцев А.А. Квятковского и В.Н. Фигнер.

14 февраля 1880 г.

ГА РФ. Ф. 102. 3 эксп. 1880. Д. 168 Ч. 1. Л. 82об.

_______
 

«[послед]него оттенка предполагают или, устрашив власть рядом смелых и решительных действий, поставить ее в необходимость созвать учредительное собрание, или вызвать открытое восстание, подготовив к нему города, преимущественно же столицу, путем агитации во всех слоях населения.

Литературным органом народников должен был явиться «Черный Передел», для истолкования же воззрений противоположной партии начато было издание «Народной Воли». К числу взглядов, проводимых этим изданием, относится одобрение политических убийств и иных насильственных мер, практическое осуществление коих входит в круг обязанностей чинов террористической фракции.

Кроме приведенных общих указаний о деятельности революционной партии, в показании Квятковского встречаются сведения, полезные для производящихся ныне дознаний.

Таким образом, признавая свое участие в качестве корректора в издании «Народной Воли»,»

Докладная записка генерал-адъютанта А.Р. Дрентельна Александру II о допросах нар

Докладная записка генерал-адъютанта А.Р. Дрентельна Александру II о допросах народовольцев А.А. Квятковского и В.Н. Фигнер.

14 февраля 1880 г.

ГА РФ. Ф. 102. 3 эксп. 1880. Д. 168 Ч. 1. Л. 83.

_______
 

«Квятковский говорит о сношениях своих с теми лицами, которые арестованы при обнаружении первой тайной типографии, и даже делает попытку одному из них, именно застрелившемуся, приписать принадлежность найденных у него, Квятковского, при обыске чертежей Зимнего Дворца, объясняя, что чертежи эти могли быть принесены к нему умершим.

Кроме того, Квятковский признает и знакомство свое с Батышковым, утверждая, что познакомился с ним на сходках рабочих, происходивших в конце 1877 года на Астраханской улице, куда Батышков, работавший в это время на Голубевском литейном заводе, явился под именем Степана Батурина. Из дальнейших объяснений Квятковского по поводу Батурина следует заключить, что последний, будучи крестьянином Нижегородской губернии, несколько лет жил в Петербурге и был одним из усердных посетителей сходок, при этом он, впрочем, в большинстве случаев молчал, производя впечатление человека»