Показания рабочего Обуховского завода Д.Н. Богданова, участника манифестации в поддержку Учредительного собрания.

29 января 1918 г.
Государственный архив Российской Федерации
Ф. 1810. Оп. 1. Д. 514. Л. 79–81об.

36 х 23 см; в разворот 36 х 46 см.

«Рабочий Обуховского завода Дмитрий Ник[олаевич] Богданов.

Большая Щемиловская, д. № 8, кв. 9.

Я принимал участие в манифестации 5-го января, идущей от Обуховского завода по направлению: Шлиссельбургский пр[оспект], Невский пр[оспект], Садовая ул., Марсово поле, Пантелеймоновская ул. Идя по Невскому пр[оспекту] близ Аничкина моста, мы услышали выстрелы, которые были произведены близ Садовой ул. Пройдя спокойно по Садовой и обогнув Марсово поле по направлению к Пантелеймоновской ул., мы вторично услышали выстрелы, но мы, не обращая внимания, двигались вперед. И вот когда мы стали подходить к Литейной ул., то здесь стояли матросы и красногвардейцы. На наше общее обращение пропустить нас к Таврическому дворцу приветствовать Учредительное собрание мы получили категорический отказ. Тогда часть товарищей солдат, принимавших участие в шествии, решила к ним обратиться со словами: «Товарищи, что вы делаете? Почему не пропускаете? Неужели вы и в нас, окопниках видите контрреволюционеров?», и это не подействовало. Тогда я, идя впереди, как распорядитель, решил обратиться вторично к ним от своего имени и от имени рабочих Обуховского завода. В это время часть красногвардейцев, в том числе один солдат, держали винтовки наперевес, в каждую минуту готовые произвести выстрелы. Но красногвардейцы понемногу стали отступать по направлению к Литейному мосту, а солдат в это время взял винтовку к ноге, стоял и слушал меня до тех пор, пока не раздался выстрел со стороны отступающих красногвардейцев. Выстрел раздался сначала один, потом последовали два один за одним, потом уже начали стрелять пачками. Я оставался стоять, не понимая, что начинает твориться, и только тогда опомнился, когда услышал позади команду «не разбегайся, а ложись». Тогда и я, перейдя улицу на противоположную сторону, лег на панель за кучей снега, в которую попадали пули, летевшие от Литейного моста. Но не важно, кто стрелял и как стреляли, а важно то, что рабочие шли, как 1905 г. 9 января, только со знаменами и с верой в будущее светлое, и не было даже намека на сопротивление кому бы то ни было не только вооруженное, и за то, что они просили пропустить их, они получили пули без всякого предупреждения. И я, как участник шествия 1905 г. 9 января, должен констатировать факт, что такой жестокой расправы я там не видел, что творили наши «товарищи», которые осмеливаются еще называть себя таковыми, и в заключении должен сказать, что я после того расстрела и той дикости, которые творили красногвардейцы и матросы с нашими товарищами, а тем более после того, когда они начали вырывать знамена и ломать древки, а потом жечь на костре, не мог понять, в какой я стране нахожусь: или в стране социалистической, или в стране дикарей, которые способны делать все то, что не могли сделать николаевские сатрапы, теперь сделали ленинские молодцы.

Д. Богданов.

1918 года 29 января.»

Показания рабочего Обуховского завода Д.Н. Богданова

Показания рабочего Обуховского завода Д.Н. Богданова, участника манифестации в поддержку Учредительного собрания.

29 января 1918 г.

ГА РФ. Ф. 1810. Оп. 1. Д. 514. Л. 79.

_______
 

«Рабочий Обуховского завода Дмитрий Ник[олаевич] Богданов.

Большая Щемиловская, д. № 8, кв. 9.

Я принимал участие в манифестации 5-го января, идущей от Обуховского завода по направлению: Шлиссельбургский пр[оспект], Невский пр[оспект], Садовая ул., Марсово поле, Пантелеймоновская ул. Идя по Невскому пр[оспекту] близ Аничкина моста, мы услышали выстрелы, которые были произведены близ Садовой ул. Пройдя спокойно по Садовой и обогнув Марсово поле по направлению к Пантелеймоновской ул., мы вторично услышали выстрелы, но мы, не обращая внимания, двигались вперед. И вот когда мы стали подходить к Литейной ул., то здесь стояли матросы и красногвардейцы. На наше общее обращение пропустить нас к Таврическому дворцу приветствовать Учредительное собрание мы получили категорический отказ. Тогда часть товарищей солдат, принимавших участие в шествии, решила к ним обратиться со словами: «Товарищи, что вы делаете? Почему не пропускаете? Неужели вы и в нас, окопниках видите контрреволюционеров?», и это не подействовало. Тогда я, идя впереди, как распорядитель, решил обратиться вторично к ним от своего имени и от имени рабочих Обуховского завода. В это время часть красногвардейцев, в том числе один солдат, держали винтовки наперевес, в каждую минуту готовые произвести выстрелы. Но красногвардейцы понемногу стали отступать по направлению к Литейному мосту, а солдат в это время взял винтовку к ноге, стоял и слушал меня»

Показания рабочего Обуховского завода Д.Н. Богданова

Показания рабочего Обуховского завода Д.Н. Богданова, участника манифестации в поддержку Учредительного собрания.

29 января 1918 г.

ГА РФ. Ф. 1810. Оп. 1. Д. 514. Л. 79об.

_______
 

«до тех пор, пока не раздался выстрел со стороны отступающих красногвардейцев. Выстрел раздался сначала один, потом последовали два один за одним, потом уже начали стрелять пачками. Я оставался стоять, не понимая, что начинает твориться, и только тогда опомнился, когда услышал позади команду «не разбегайся, а ложись». Тогда и я, перейдя улицу на противоположную сторону, лег на панель за кучей снега, в которую попадали пули, летевшие от Литейного моста. Но не важно, кто стрелял и как стреляли, а важно то, что рабочие шли, как 1905 г. 9 января, только со знаменами и с верой в будущее светлое, и не было даже намека на сопротивление кому бы то ни было не только вооруженное, и за то, что они просили пропустить их, они получили пули без всякого предупреждения. И я, как участник шествия 1905 г. 9 января, должен констатировать факт, что такой жестокой расправы я там не видел, что творили наши «товарищи», которые осмеливаются еще называть себя таковыми, и в заключении должен сказать, что я после того расстрела и той дикости, которые творили красногвардейцы и матросы с нашими товарищами, а тем более после того, когда они начали вырывать знамена и ломать древки, а потом жечь на костре, не мог понять, в какой я стране нахожусь: или в стране социалистической, или в стране дикарей, которые способны делать»