Коллективизация и голод в СССР

Коллективизация – одно из важнейших событий в истории России ХХ века, связанное с созданием в СССР сталинским режимом крупного сельскохозяйственного производства путем насильственного объединения мелких крестьянских хозяйств в колхозы. Как «сплошная (или массовая) коллективизация», она осуществлена в 1929–1932 гг. в основных зерновых районах СССР (Украине, Северном Кавказе, Поволжье, Южном Урале, Западной Сибири). В других регионах (северных, Средней Азии и т.п.) коллективизация продолжалась чуть дольше. Завершилась она в 1939–1940-х гг. «аграрной реформой» в присоединенных к Советскому Союзу сельских районах Прибалтики, Западной Украины и Белоруссии.

Инициатором коллективизации в ее насильственной форме (раскулачивания, принудительного вовлечения крестьян в колхозы и т.п.) был И.В. Сталин и его ближайшее окружение (В.М. Молотов, Л.М. Каганович, А.И. Микоян и др.).

Решение о ее начале было принято в конце 1929 г. на ноябрьском пленуме ЦК ВКП(б) и законодательно закреплено в постановлениях ЦК ВКП(б) и СНК СССР в январе 1930 г. и др.

Проведение поспешной и насильственной коллективизации было связано с принятой сталинским руководством целью индустриализации СССР. Требовалось реформировать неэффективное с точки зрения этой задачи сельское хозяйство, представлявшее собой в годы НЭПа океан мелких крестьянских хозяйств с низкой товарностью и полунатуральным характером производства. Между тем, правительству нужен был инструмент для изъятия из сельскохозяйственной сферы средств на индустриализацию, таким инструментом и стали колхозы. Оплата труда колхозников определялась числом выработанных ими «трудодней» и производилась преимущественно натурой, т.е. зерном и другими продуктами. По сути, это был возврат к давно забытой «месячине», считавшейся в первой половине XIX века высшим проявлением крепостной эксплуатации крестьян.

11 августа 1933 г.

Российский государственный архив социально-политической истории

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 928. Л. 26. П. 113/99.

[1930е гг.]

Художник Дейкин.

Тираж 30000.

73,5 см х 104 см

М.: Художественное Изд-ко Акц. Об-во АХР.

«Сталинский вариант» коллективизации стал возможен в результате победы в борьбе за власть в 1928–1929 гг. Сталина и его группировки.

Существовал и другой путь. Альтернативой насильственной коллективизацией была программа «правой оппозиции», изложенная в первоначальном плане первой пятилетки и выступлениях ее лидеров Н.И. Бухарина, А.И. Рыкова и др. («бухаринская альтернатива»). Она опиралась на идеи кооперативного социализма А.В. Чаянова и Н.Д. Кондратьева, была научно обоснована и предусматривала низкие темпы коллективизации и отказ от насилия над крестьянством. Осуществление ее стало невозможным после разгрома сталинистами в 1929 г. «правого уклона» в партии.

14 декабря 1929 г.

Российский государственный архив экономики

РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 37. Д. 40. Л. 41.

3 января 1930 г.

Российский государственный архив экономики

РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 37. Д. 49. Л. 27–24.

22 декабря 1929 г.

Российский государственный архив экономики

РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 37. Д. 61. Л. 28–26.

Причиной начала коллективизации в 1930 г. насильственными методами и в спешке был кризис хлебозаготовок, состоявший в том, что крестьяне отказывались продавать хлеб о установленным государством очень низким ценам. Вследствие этого ухудшилось продовольственное положение в стране, особенно в промышленных центрах и крупных городах, где была введена карточная система, а также сократились товарные запасы зерна, необходимого для экспорта

Последнее обстоятельство имело особое значение, поскольку для поддержания темпов форсированной индустриализации требовалась валюта. Ее необходимо было срочно изыскать, чтобы в 1930 г. оплатить поставки оборудования для Днепрогэса и других строек из США и Западной Европы и расплатиться с тысячами иностранных специалистов, работающих в СССР. В нужном количестве и быстро ее мог дать только хлебный экспорт. Чтобы не сорвать его и гарантировать нужные объемы, и было решено ускоренными темпами создать в стране колхозы. Колхозы должны были стать надежным источником бесперебойного снабжения промышленности и городов продовольственными и сырьевыми ресурсами.

Орловская область, Ливенский район. 1932 г.

Российский государственный архив кинофотодокументов

Арх. № 2-33815.

Фотография.

Северный Кавказ, станица Рождественская. 1932 г.
Российский государственный архив кинофотодокументов

Арх. № 2-71432.

Фотография.

Поскольку подавляющая масса крестьян не желала идти в колхозы (о чем свидетельствовали темпы колхозного строительства в годы НЭПА – 2–3% коллективизации) и не сдавала добровольно за бесценок хлеб государству в период хлебозаготовок 1927–1929 гг. из-за низких заготовительных цен и высоких цен на промышленные товары («ножницы цен»), было решено загнать их в колхозы силой. А для этого необходимо было запугать крестьян, ослабить их сопротивление власти. С этой целью и было придумано раскулачивание. Речь не шла о настоящих кулаках в их традиционном понимании (мироеды, ростовщики и т.д.). Их уже не было к тому времени в советской деревне. «Кулаками» назвали предприимчивых крестьян, развивавших свои хозяйства по фермерскому пути. Они были элитой крестьянства, его реальным авторитетом. По замыслу сталинистов, по нему и следовало ударить, чтобы крестьяне пошли в колхоз и безропотно («за палочки») работали на государство.

Уверенность сталинскому руководству в возможность проведения коллективизации в сжатые сроки и с ожидаемым результатом придал опыт поездки вождя зимой 1927/28 г. в Западную Сибирь на хлебозаготовки, где Сталин с успехом использовал насильственные методы против крестьян, не сдававших хлеб. Там же он убедился в эффективности колхозов с точки зрения изъятия из них хлеба для государственных нужд. Кроме того, в ходе хлебозаготовительных кампаний 1927–1929 гг. сталинское руководство почувствовало силу административного ресурса в лице местного сельского актива и репрессивного аппарата власти.

Центрально-Черноземная область. 1932 г.

Российский государственный архив кинофотодокументов

Арх. № 2-75663.

Фотография.

24 декабря 1932 г.

Центральный архив ФСБ России

ЦА ФСБ России. Ф. 2. Оп. 11. Д. 960. Л. 164, 165, 166, 167, 168, 169, 170.

Заверенная копия.

16 февраля 1933 г.

Российский государственный архив социально-политической истории

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 916. Л. 17. П. 74/40.

Коллективизация стала подлинной трагедией для многонационального советского крестьянства, поскольку сопровождалась раскулачиванием («ликвидацией кулачества как класса») не менее одного миллиона крестьянских хозяйств с населением в 5–6 млн. человек (только незначительная часть которых принадлежала к «эксплуататорскому слою деревни»), а также выселением из деревни в 1930–1933 гг. в труднодоступные районы Севера, Сибири и Казахстана более трети раскулаченных или 2 млн. 140 тыс. человек. Значительная часть их погибла в «кулацкой ссылке» от голода, болезней и полурабского труда.

Трагедией для советской деревни коллективизация была и потому, что разрушила сельское хозяйство и привела страну к массовому голоду в 1932–1933 гг., жертвами которого в основных зерновых районах СССР и Казахстане стало не менее 5 млн. человек.

16 июля 1932 г.

Российский государственный архив экономики

РГАЭ. Ф. 8043. Оп. 11. Д. 57. Л. 320.

Подлинник.

8 февраля 1933 г. политбюро ЦК ВКП(б) отреагировало на факт голода в Украинской ССР, приняв решение о выделении по 200 тысяч пудов зерна «на продовольственные нужды рабочих совхозов, МТС, МТМ, а также актива (партийного и беспартийного) нуждающихся колхозов» Днепропетровской и Одесской областей[i]. 18 февраля 1933 г. СНК СССР и ЦК ВКП(б) приняли ещё одно постановление «об оказании продовольственной помощи нуждающимся колхозам, сельскому активу, а также для рабочих совхозов, МТС и МТМ» Днепропетровской, Одесской и Харьковской областей в размере 2 млн. 300 тыс. пудов зерна. Помощь выделялась «на время весенних полевых работ»[ii]. И в дальнейшем будет продолжена практика предоставления зерновых ссуд Украине с акцентом на сельских активистов (коммунистам, комсомольцам).

Зерновые ссуды (семенные, продовольственные, фуражные), выданные регионам Центром
в первой половине 1932 г. и первой половине 1933 г. (в пуд.).

Регионы
Первая половина 1932 г.
Первая половина 1933 г.
Урал
19,1 млн.
1, 4 млн.
Казахстан
11,5 млн.
2,6 млн.
Украина
10,7 млн.
35,3 млн.
Западная Сибирь
10,7 млн.
168, 7 тыс.
Средняя Волга
9,8 млн.
156, 2 тыс.
Нижняя Волга
5,4 млн.
1,7 млн.
Башкирия
5,1 млн.
1,2 млн.
Татария
2 млн.
не выдавалось
Белоруссия
600 тыс.
9,4 тыс.
ЦЧО
493,7 тыс.
1,3 млн.
Западная область
250 тыс.
168,7 тыс.
Восточно-Сибирский край
187,5 тыс.
830 тыс.
Нижегородская область
150 тыс.
не выдавалось
Московская область
150 тыс.
не выдавалось
Ивановская область
8,4 тыс.
не выдавалось
СКК
не выдавалось
37,3 млн.
ДВК
не выдавалось
131,2 млн.
Средняя Азия
не выдавалось
112,5 тыс.
Итого:
75,9 млн.
82,5 млн.

Источники: РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 878. Л. 13; Д. 880. Л. 7; Д. 881. Л. 10; Д. 886. Л. 13–14; Оп. 162. Д. 12. Л. 9, 30–31, 35–37, 83–84, 108–109, 115–117, 128–129, 171, 174–178, 180–181; Д. 871. Л. 47–49; Оп. 167. Д. 34. Л. 209; Д. 35. Л. 2; Ф. 558. Оп. 11. Д. 43. Л. 8; ГА РФ. Ф. А-2306. Оп. 70. Д. 5287. Л. 71–73; Ф. 5674. Оп. 3с. Д. 21. Л. 95; Оп. 9. Д. 22. Л. 15, 33; Трагедия советской деревни. Т. 3. Конец 1930–1933 гг. М., 2001. С. 288–289, 362–363, 367–368, 374–375.

 

Из приведенных цифр следует, что основные ссуды в первой половине 1933 г. получили два региона СССР – Украина и Северный Кавказ. Некоторые российские регионы, в отличие от прошлого года, вообще их не получили. Урал, Казахстан, Западная Сибирь и Поволжье получили их в несколько раз меньше, чем в 1932 г.

Такая ситуация объяснялась чисто прагматичными интересами власти. Для сталинского руководства главной целью ссуд было сохранение колхозного производства и трудоспособного сельского населения, обеспечивающего его функционирование. В начале 1933 г. в наиболее кризисном состоянии оказались Украина и Северный Кавказ. Они получили львиную долю ссуд, чтобы там не сорвалась посевная кампания, от которой в значительной степени зависел общесоюзный урожай. В 1932 г. их получили другие регионы, где из-за засухи 1931 г. и прошедших хлебозаготовок не осталось необходимых зерновых фондов. Это были пострадавшие от засухи Урал, Казахстан, Поволжье, Западная Сибирь.

Тем не менее, хорошо известно, что зерновые ссуды не спасли от страданий и голодной смерти миллионов украинских крестьян, также как и крестьян других регионов СССР, оказавшихся в зоне голода. Причины этого трагического феномена в комплексе факторов. Первый из них – несопоставимость размеров ссуд с количеством нуждающихся в помощи голодающих, обусловленный политикой власти по поддержке в первую очередь трудоспособной части сельского населения. Второй – бюрократическая неразбериха и волокита с определением масштабов голода и объёма необходимой помощи голодающим. И здесь большое значение имел чисто субъективный фактор – действия местных властей. Это заключение, на наш взгляд, очень подходит для понимания ситуации на Украине в пик голода 1933 г.

7 февраля 1932 г.

Российский государственный архив экономики

РГАЭ. Ф. 8043. Оп. 1. Д. 16. Л. 14, 15, 16.

Заверенная копия.

20 марта 1932 г.

Российский государственный архив экономики

РГАЭ. Ф. 8043. Оп. 11. Д. 46. Л. 194.

Заверенная копия.

3 ноября 1932 г.

Российский государственный архив социально-политической истории

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 162. Д. 14. Л. 3. П. 31/7.

20 февраля 1933 г.

Российский государственный архив социально-политической истории

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 162. Д. 14. Л. 64. П. 81/46, Л. 74.

23 апреля 1933 г.

Российский государственный архив экономики

РГАЭ. Ф. 8043. Оп. 11. Д. 60. Л. 72.

Заверенная копия.

23 декабря 1933 г.

Российский государственный архив социально-политической истории

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 937. Л. 8. П. 27/8, Л. 68, 69.

1933 г.

Российский государственный архив кинофотодокументов
Арх. № 0-4318.

Фотография.

На практике насильственная коллективизация выполнила лишь задачу обеспечения ресурсами не требующих отлагательств нужд форсированной индустриализации. В 1930–1932 гг. было экспортировано в Западную Европу более 12 млн. тонн зерна, обмененного на валюту и станки. Но ценой этого стали глубочайший кризис сельского хозяйства (падение урожайности, развал животноводства), страдания, смерть от голода, репрессии за невыполнение завышенных планов хлебопоставок для нужд индустриализации миллионов крестьян.
 


[i] РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 162. Д. 14. Л. 59 – 60.

[ii] ГАРФ. Ф. Р-5446. Оп. 1в. Д. 468. Л. 71–72.